Печат

Николая II погубили две войны

Автор Петр Акопов. Пуб­ли­ку­вана в Уроки исто­рии

В ноябре 125 лет назад, в Крыму ско­ропо­стижно скон­чался импе­ра­тор Алек­сандр III и на пре­стол вступил его сын Нико­лай, ставший послед­ним рус­ским импе­ра­то­ром. Спу­стя 22 года его выну­дят отречься от трона, а Рос­сия погру­зится в смуту, самую страш­ную за всю ее исто­рию. Как его прав­ле­ние, так и отре­че­ние и после­дующие события до сих пор вызы­вают самые горя­чие споры. Хотя еще зимой 1894 г. Алек­сандр III про­сту­дился и забо­лел воспа­ле­нием лег­ких, никто не пред­чув­ство­вал траге­дии. Осе­нью болезнь импе­ра­тора резко обост­ри­лась, и 1 ноября он скон­чался во дворце в крым­ской Лива­дии. На сле­дующий день Нико­лай II обна­ро­до­вал манифест о вступ­ле­нии на престол.

Нача­лось прав­ле­ние 18-​го царя из дина­стии Рома­но­вых и, как выяс­ни­лось через 22 года, послед­него. Вынуж­ден­ное отре­че­ние 2 марта 1917 г. при­вело страну к смуте, а импе­рию к раз­валу. До сих пор не смол­кают споры о том, кто вино­ват в этом — царь, элиты, рево­люци­о­неры, ино­стран­ные державы. Да и вообще, было ли кру­ше­ние монар­хии исто­ри­че­ски неиз­беж­ным благом или руко­твор­ной трагедией?

Алек­сандр III умер в 49 лет, его сын был убит в 50, их отец и дед Алек­сандр II погиб при поку­ше­нии в 62 года. Цар­ство­ва­ние Алек­сандра III было самым корот­ким за вто­рую поло­вину трех­сот­лет­него прав­ле­ния Рома­но­вых — всего 13 лет. Если бы не вне­зап­ное ослож­не­ние болезни, ставшее, впро­чем, след­ствием желез­но­до­рож­ной ката­строфы, слу­чившейся за шесть лет до этого и подо­рвавшей здо­ро­вье царя, он мог бы пра­вить еще долгие годы. К 1914 г. ему было бы всего 69.

Почти навер­няка это спасло бы Рос­сию от рево­люции — Алек­сандр был твер­дым и воле­вым вождем, не только авто­ри­тар­ным, но и авто­ри­тет­ным. Озна­чает ли это, что Нико­лай II вино­ват в рево­люции? Нет — мак­симум, что можно поста­вить ему в вину, так это отре­че­ние под дав­ле­нием. Но об этом легко рас­суж­дать, зная послед­ствия. А тогда, в марте 17-​го, импе­ра­тор думал о том, что при­но­сит себя в жертву ради победы в страш­ной войне. Снимает повод для смуты, чтобы все могли сосре­до­то­читься на внеш­нем про­тив­нике, а не на поис­ках внут­рен­него врага. Но ока­за­лось, что ото­бравшие у него власть люди спо­собны только разрушать.

Конечно, на пер­вый взгляд Нико­лай II про­иг­ры­вает на фоне сво­его отца, не только ростом и ста­тью, но и харак­те­ром. Он был куда мягче, им пыта­лись манипу­ли­ро­вать, на него давили, его шан­тажи­ро­вали. Да, ему доста­лось более труд­ное время, но при этом он был умным, знающим пра­ви­те­лем, само­сто­я­тельно при­нимавшим реше­ния и очень хорошо чув­ство­вавшим свою лич­ную ответ­ствен­ность за Рос­сию. Про­блема была в том, что обще­ством себя назы­вала и счи­тала узкая про­слойка в пару-​тройку процен­тов насе­ле­ния. А для царя были важны инте­ресы и про­блемы основ­ной массы насе­ле­ния, кре­стьян­ства. Кри­ти­ко­вали пред­ста­ви­тели более обес­пе­чен­ных слоев насе­ле­ния, от жур­на­ли­стов до фаб­ри­кан­тов, бун­то­вали пред­ста­ви­тели наци­о­наль­ных меньшинств и город­ского пролетариата.

При Нико­лае II страна раз­ви­ва­лась неве­ро­ятно высо­кими темпами — за 20 лет чис­лен­ность насе­ле­ния выросла в пол­тора раза. Наци­о­наль­ный доход также пока-​зывал динамику: он вырос чуть ли не в три раза, а поду­ше­вые доходы уве­ли­чи­лись вдвое. Рос­сия была одним из миро­вых эко­номи­че­ских лиде­ров, при­том, что у нее была масса внут­рен­них проблем.

Город­ские обра­зо­ван­ные слои уже не были свя­заны с дво­рян­ством, то есть госу­дар­ствен­ной или воен­ной служ­бой. Да и дво­рян­ство отча­сти утра­тило осо­зна­ние сво­его служи­вого, а не почет­ного харак­тера: за деся­ти­ле­тия, прошед­шие после реформ Алек­сандра II в сто­ли­цах обра­зо­вался пусть и узкий, но вли­я­тель­ный слой интел­ли­генции, зацик­лен­ной на кри­тике вла­сти и поиске путей немед­лен­ного пере­устройства всего и вся. Часть ее шла в рево­люци­о­неры и тер­ро­ри­зи­ро­вала власть, уби­вая горо­до­вых и министров.

Но еще опас­ней было пове­де­ние части дво­рян­ской и даже вели­ко­княже­ской, то есть род­ствен­ни­ков импе­ра­тора элиты. Все больше ее пред­ста­ви­те­лей выступало за реформы по европе­йскому образцу, то есть за пере­дачу вла­сти все­на­родно, а на самом деле процен­тами 10 насе­ле­ния, избран­ному пар­ламенту. Англофильство и фран­ко­фон­ство при­об­рели харак­тер мас­со­вой внут­риэ­лит­ной поли­ти­че­ской моды.

Кре­стьян­ство же не понимало, почему с него про­должают брать выкуп за землю, кото­рая и так все­гда счи­та­лась ими своей: неудачно про­ве­ден­ная в 60-​е годы земель­ная реформа оста­ва­лась зано­зой в рус­ском теле. Огром­ный рост насе­ле­ния при­вел к баналь­ной нехватке земли для новых поко­ле­ний, а нача­тое уже после рево­люции 1905 г. пере­се­ле­ние на восток не сумело и не успело решить проблему.

Формально Нико­лая погу­били две войны — сна­чала япон­ская, а потом и миро­вая. Но на самом деле, не его, а Рос­сию погу­бил эго­изм рус­ской либе­раль­ной интел­ли­генции и запад­ни­че­ски настро­ен­ной части пра­вящего класса. Годами они глуми­лись над царем и ник­чем­ной бюро­кра­тией: ничего не могут, ничего не умеют, не хотят уступать место прогрессу, слушать умных людей и управ­лять стра­ной так, как сей­час при­нято во всем циви­ли­зо­ван­ном мире. Именно подоб­ную кадет­скую кри­тику в основ­ном и слышало город­ское насе­ле­ние Рос­сии. А уже к ней добав­ля­лась идущая от социал-​демократов и эсе­ров кри­тика всего и вся с при­зывом изба­виться от экс­плу­а­та­то­ров и при­ступить к стро­и­тельству „Цар­ства Божия на земле”, то есть социализма.

Да что там кри­тика — про­сто огуль­ное поноше­ние. Столько грязи, сколько было вылито на Нико­лая II еще при его жизни, не доста­ва­лось ни одному пра­ви­телю Рос­сии. Сплетни и мифы, а на самом деле совершенно созна­тель­ная демо­ни­за­ция и дис­кре­ди­тация — вот с чем столк­нулся послед­ний рус­ский царь на про­тяже­нии большей части сво­его прав­ле­ния. Конечно, тут соче­та­лось все: и искрен­няя глупость и нена­висть к вла­сти как тако­вой, и созна­тель­ная дез­информация, в том числе и шед­шая из-​за границы.

Было немало и тех, кто целил в царя совершенно созна­тельно, потому что при­ме­ни­тельно к Нико­лаю II формулу „целили в комму­низм — попали в Рос­сию”, опи­сы­вающую вто­рую рус­скую ката­строфу XX века, то есть рас­пад СССР, можно смело пере­де­лать в „целили в царя — чтобы попасть в Рос­сию”. Нена­висть к монар­хии, к пра­во­слав­ному рус­скому само­держа­вию носила у многих борцов с ним совершенно инфер­наль­ный харак­тер, что лишь частично объяс­ня­ется наци­о­наль­ными или соци­аль­ными осо­бен­но­стями. Импе­рию погу­бил не „сла­бый царь Нико­лай”. Ее погу­била атмо­сфера нена­ви­сти к нему лично, а зна­чит — и к реаль­ной Рос­сии, кото­рую он не про­сто олице­тво­рял, кото­рую взрас­тила в себе часть тогдаш­него „думающего” класса.

И когда в марте 1917 г. загнан­ный в угол в результате вер­ху­шеч­ного заго­вора, с несо­мнен­ным ино­стран­ным уча­стием, царь ради успо­ко­е­ния страны и победы над Герма­нией отрекся от пре­стола, этот „думающий класс” взял всю пол­ноту вла­сти. Чтобы за несколько месяцев про­явить свою без­дар­ность и склоч­ность, обва­лить страну, кото­рая, как ока­за­лось, не может жить без царя в голове и во главе.

Конечно, если бы Нико­лай знал, что дальше ждет Рос­сию, он бы никогда не отрекся. Но он даже в страш­ных снах не мог себе пред­ста­вить степень без­от­вет­ствен­но­сти людей, кото­рые при­дут ему на смену. Он думал, что и рома­нов­ская семья, и его брат Михаил, кото­рому он пере­да­вал корону, и высшая бюро­кра­тия, и вер­хушка армии — все они сохра­нят управ­ле­ние стра­ной и при­ве­дут ее к ско­рой победе. Но слу­чи­лось, что власть попала в руки дум­ских бол­ту­нов и рево­люци­он­ных демагогов. И уже осе­нью была подо­брана бук­вально с земли большевиками.

Урок Нико­лая II учит глав­ному — нет ничего страш­ней, чем само­мне­ние и жажда вла­сти со сто­роны тех, кто про­возглашает себя самыми умными и достой­ными. Именно это под­толк­нуло их к пре­да­тельству в марте 1917-​го, к удару в спину царю во время войны. Пре­дан ведь был не про­сто царь, а рус­ский народ, за инте­ресы кото­рого они якобы боролись.

Спу­стя семь с лиш­ним деся­ти­ле­тий ситу­ация с пре­да­тельством рус­ских инте­ре­сов повто­ри­лась при раз­вале СССР. Только там уже не было и вер­хов­ного пра­ви­теля, кото­рого можно было пре­дать. На месте отож­деств­лявшего себя с Рос­сией импе­ра­тора ока­зался запу­тавшийся в соб­ствен­ных манипу­ляциях и интригах Гор­ба­чев, соб­ствен­но­ручно подго­то­вивший почву для лик­ви­дации еди­ного госу­дар­ства. Ценой страш­ных потерь и испыта­ний рус­ский народ выучил эти уроки и больше не допу­стит предательства.

(„Взгляд”)